— Да хоть завтра, — откликнулся ей в тон Гарс. — Если ты составишь мне компанию… Она хохотнула.

— Пусть с тобой твоя Люмина идет! — сказала она с насмешкой. — Вот если бы ты меня куда-нибудь в другое место пригласил, я бы еще подумала…

— В кусты, что ли? — с невинным видом поинтересовался Гарс.

От возмущения Рила даже прекратила выполнение очередного упражнения.

— Ой, да пошел ты! — наконец, обретя дар речи, крикнула она вслед Гарсу. — Тоже мне, первопроходец нашелся!..

Гарс показал ей язык и последовал ее совету. В смысле — пошел себе дальше…

Он миновал обширный спортивный городок, огороженный высокой упругой сеткой. Там в это время носился кругами по гаревой дорожке Сван. Видно, на этот раз он решил поставить рекорд в марафонском беге. Это был молодой человек, буквально изнемогавший от избытка энергии. Только, как считал Гарс, направлял эту энергию он не туда, куда надо. Еще с детства Сван словно поставил перед собой цель: истязать себя как можно интенсивнее, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Какими видами спорта он только не переболел! Начиная от культуризма и кончая прыжками в высоту. Одно время он даже собирался испытать свои силы в гребле на байдарке, но речка, протекавшая рядом с Очагом, не позволяла Свану развернуться, и от водных видов спорта ему пришлось отказаться. Поставив очередной рекорд — по вполне понятным причинам, достижение это нигде, кроме как в голове самого Свана, не фиксировалось и в анналах мирового спорта не упоминалось, — мазохист терял к побежденному виду спорта всякий интерес и переключался на что-нибудь другое. Постоянное насилование самого себя, как ни странно, привело к тому, что сложен Сван был весьма гармонично. Одно время Гарсу казалось, что это идеальный кандидат на роль спутника в походе за Горизонт, но спортсмен и слышать не хотел об этом. «Не-е-е, — мотал он своей коротко стриженной головой так, что на шее его перекатывались бугорки мышц. — Че я там не видел? Мне вон надо еще метанием диска позаниматься, а там я где буду упражняться? Может, там и стадионов-то никаких нет…» Интеллекта в Сване было ровно столько, сколько оставалось жира в его мощных бицепсах.