Пламя окружило князя светящейся дымкой и безвредно всосалось в тяжелую материю. Князь открыл рот от изумления.

А маг уже вытянул руку, сжимая ей свой камень и указывая на противника, который вновь готовился излить на него гибельное пламя.

Сноп молний упал с безоблачных небес, раскалывая воздух непереносимым громом и испепеляя неудачливого убийцу. Воздух стал чистым, свежий запах грозы наполнил все вокруг.

Оглушенные, маг с князем долго сидели на траве, держась за уши и не в силах думать о чем бы то ни было.

…Когда они пробрались подземным ходом, брат князя уже поджидал его. Когда он и несколько его воинов заглянули в котомку, князь понял, что уже выиграл битву. Он сдержал слово. Для всех вокруг — кроме, разве что, Динсавира — он был одним из героев, победивших дракона. Что таким какой то заговор?

Пустяк.

Мятеж был раздавлен, не начавшись.

Однако, когда десяток копейщиков окружил высокий каменный дом первого советника, случилось несчастье. Маг вскоре появился, но князь остановил его на пороге.

— Гинн пытался бежать, — говорил князь, и слова застревали у него в горле. — Он пытался бежать… силой взял с собой свою дочь и жену… но портал… портал…

Маг рванулся вперед.

— Там Ирлиан, — тихо сказал князь. — Дин, лучше не входи.

Динсавир отшвырнул его, словно котенка и вошел в комнату, из под двери которой сочился кровавый ручеек.

Он не выходил очень долго.

«Множество славных деяний совершили затем и князь, и его верные друзья и слуги, но все эти подвиги лишь подтверждают правило — тот, в ком жива добродетель с детства, сумеет добыть себе достойную славу и проживет жизнь так, как того заслуживает…»

…Князь Терсомил был одним из первых, кто впустил первых Наблюдателей к себе в княжество и отстроил первый торговый город на восточном побережье острова. Что было с ним дальше, не очень важно. Имя его осталось добрым и известно всем знающим людям и по сей день.