Он ощущал только ее любовь — бессловесную, нежную и прекрасную!

Шериф Уилер как раз собирался выходить из дома, когда раздался телефонный звонок. Он стоял на пороге, а Кора бросилась к телефонной трубке.

— Гарри, — услышал он ее голос, — ты еще не ушел?

Он вернулся на кухню и взял у нее трубку:

— Уилер слушает.

— Это Том Полтер, Гарри, — отозвался почтальон, — письма из Европы уже пришли.

— Я сейчас буду, — сказал он и бросил трубку.

— Письма? — спросила его жена.

Уилер кивнул.

— О боже, — прошептала она, точно он тяжко обидел ее.

Когда Уилер вошел на почту, Полтер протянул ему изза стойки три письма. Шериф взял их в руки.

— Швейцария, — осмотрел он почтовые марки, — Швеция, Германия.

— Вот и все, — сказал Полтер, — столько же, сколько и всегда. Три письма в конце месяца.

— Думаю, их нельзя распечатывать, — сказал Уилер.

— Ты же знаешь, что я не отказал бы тебе, Гарри, — ответил ему на это Полтер. — Но закон есть закон. Я должен отправить их назад нераспечатанными. Это закон.

— Хорошо. — Уилер достал свою ручку и переписал адреса с трех конвертов к себе в записную книжку. Затем он протянул письма старому почтальону: — Спасибо тебе.

Когда часа в четыре он вернулся домой, Кора сидела в гостиной с Паалом. На лице ребенка отражались смешанные чувства: желание угодить и понравиться вместе с боязливой решимостью бежать от смущающих звуков. Он сидел рядом с ней на диване и выглядел так, точно готов был вотвот разрыдаться.

— Ох, Паал, — говорила она, когда Уилер входил в комнату. Она обнимала испуганного мальчика. — Тебе нечего бояться, мой милый.

Тут Кора увидела своего мужа.

— Что они с ним сделали? — с мукой в голосе спросила она.