
С ним вместе исправлением дикции занимались еще четверо детей, и никто из них не жил в том же районе города, что Брайан. Он был этому чрезвычайно рад. После того, как он в течение часа находился в классе с мисс Рэтклифф, компания ему была ни к чему. Он любил ранним вечером брести домой в одиночестве, не спеша толкать велосипед, а не ехать на нем верхом, и мечтать, мечтать о ней, не замечая, как плавно, скользя в воздухе, падают к его ногам желтые осенние листья, позолоченные косыми лучами октябрьского солнца.
Его путь проходил тремя кварталами выше Общинной Площади, по Мэйн Стрит, и в тот день, увидев объявление о предстоящей премьере, он сплющил нос о стеклянную поверхность двери в надежде увидеть, что явилось на смену массивным столам и тоскливо-желтым стенам Недвижимости и Страхования Западного Мэна. Любопытство его не нашло удовлетворения. И дверь, и витрина были наглухо затемнены шторой. Брайан увидел лишь отражение собственной физиономии и сложенных чашечкой ладоней.
В пятницу, 4-го числа, объявление об открытии нового магазина было помещено в еженедельной газете "Призыв", издающейся в Касл Рок. Объявление было занесено в рамку, а ниже текста были нарисованы ангелочки, стоящие спиной друг к другу и дующие в длинные трубы. Там ничего не говорилось такого, чего нельзя было прочитать в объявлении, прикрепленном к двери магазина присоской: название магазина - НУЖНЫЕ ВЕЩИ, открытие состоится в десять часов утра 9-го октября и, конечно, "Вы не поверите своим глазам!" Ни единого намека на ассортимент товаров, которыми владелец или владельцы магазина собираются удивлять публику.
