- Опять пьете? - Британия спустилась к нам.

Она потягивалась после дневного сна, поправляла свои волнистые черные волосы.

- У нас конференция. А какая конференция без коньяку? - широко улыбнулся доктор.

Британия покачала головой.

- Что смотрите, господа великие доктора? Научную фантастику?

- Фильм! - возопил доктор и тут же сделал знак, чтобы все замолчали. Британия влезла на барный стул за доктором и смотрела кино, положив голову ему на плечо. Фильм был увлекательный, но совершенно не понятный. Я, число равно отрицательное и стремящееся к минус бесконечности в математике и физике, не понимала ровно ничего из того, что говорилось.

Какая-то древнегреческая философская теория об эфире. Долгие и трудные доказательства существования эфира. После рассуждения о материи и антиматерии, которые объединяет воедино этот самый эфир, и о том, что электрон и позитрон - это суть представители материи и антиматерии в эфире.

Когда я окончательно запуталась, я отвлеклась на доктора. Ван Чех напоминал собою губку. Он впитывал всю информацию, стараясь не проронить ни капли. Но так как это был доктор, то губка была со встроенной лабораторией. Попутно он переваривал информацию.

В телевизоре уже говорили о том, что плотность частиц и насыщенность эфиром влияет на физические законы мира, создает его кривизну, и что различная кривизна мира, создает свои законы пространства.

В мире с наибольшей кривизной и цвета темнее и сила притяжения выше и в основном мир подчиняется действию. Мир с наименьшей кривизной и есть сам эфир, мир, где нет ничего. Но если осторожно начать искривлять эфир, то можно получить некое подобие рая с блеклыми пастельными цветами, фактическим отсутствием притяжения, так как, ни почвы ничего подобного там не будет. Как таковое, пространство отсутствует, но оно управляемо человеческой мыслью, его представлениям. Таким пространством Тор представлял себе пограничье.