По традиции, доставшейся нам еще от классицизма, Лем наделяет своих королей весьма характерными именами, отражающими главнейшие свойства их интеллекта и излюбленные привычки. Первый, с кем вступают в единоборство конструкторы, это король Безобразик. Он снискал себе особую славу тем, что в целях оздоровления экономики отменил все наказания, кроме высшей меры. Это мудрое государственное мероприятие подсказано прежде всего тем, что король “скряга прямо-таки космический”. Но к тому же ведь он еще и Безобразик! Таким образом, “королевские параметры” задаются заранее как своего рода граничные условия. Зато Трурль и Клапауциус демонстрируют нам по ходу решения той или иной задачи широчайшую гамму самых удивительных свойств. Их “параметры” текучи и функциональны. (Как видите, даже разговор о “Кибериаде” требует своего математизированного языка). Но дело, конечно, не в этом. “Сказка — ложь, да в ней намек”… И воистину Безобразии заставляет задуматься об иных, отнюдь не опереточных королях.
Настоящее — лишь точка на оси времени, скользящая от прошлого к будущему. Завтра всегда отрицает сегодня, но оно бы никогда не наступило, если бы люди забыли о том, что случилось вчера.
Свыше двух тысяч лет назад жил в Китае правитель по имени Цинь Ши-хуанди. “Ди” означает “великий”, “царственный”. Он хотел видеть свое государство “монолитным и непобедимым”. Сомнения были чужды ему, а люди, которых разъедало сомнение, — ненавистны. Цель для него оправдывала все средства, а средства казались проверенными и достаточно радикальными.