— Конечно, это было самое правильное, — согласился лорд Дарси. — Получается, не умри его светлость, вы бы так и не заглянули в мастерскую до сегодняшнего утра? А когда вы последний раз запирали ее перед тем, как открыли вчера утром?

— В субботу вечером, ваше лордство. То есть не я запирал ее, ее запер Генри. Я немного устал и рано ушел наверх. И вообще на ночь запирает обычно Гарри.

— И гроб был тогда пустой?

— Наверняка, ваше лордство, наверняка. Этот гроб — моя особая гордость, ваше лордство, если позволите мне так выразиться. Особая гордость. Я специально проверил, нет ли опилок или еще чего такого на шелковой обивке внутри.

— Понимаю. А во сколько вы запирались в субботу вечером?

— Лучше спросить у Генри, ваше лордство. Г-е-енр-и-и!

Подмастерье появился почти мгновенно. Покончив с процедурой знакомства, лорд Дарси повторил вопрос.

— Я закрывал мастерскую в полдевятого, ваше лордство. Во дворе было еще светло. Послал учеников наверх и все запер.

— И в воскресенье здесь никого не было?

Лорд Дарси по очереди поглядел на мастера Уолтера и Генри.

— Нет, ваше лордство, — ответил мастер Уолтер.

— Ни одной живой души, — сказал Генри Лавендер.

— Ни одной живой души, возможно, — сухо прокомментировал лорд Дарси. — Только одно мертвое тело.

Ровно в одиннадцать двадцать дуврский поезд остановился у перрона.

Когда в дверях одного из вагонов появился низенький толстоватый ирландец в ливрее герцога Нормандского и с большим, расписанным загадочными символами саквояжем, лорд Дарси окликнул его:

— Мастер Шон! Сюда!

— А! Вот и вы, милорд! Очень рад вас видеть. Надеюсь, хорошо провели отпуск? То есть, то, что вам оставили от отпуска.

— Если уж по-честному, старина Шон, начало уже немного надоедать. Думаю, эта небольшая задача — как раз то, что надо нам обоим, чтобы стряхнуть пыль и паутину со своих застоявшихся мозгов. Идемте, там нас ждет кэб.