Вдали виднелся лишь слабый свет. Игорс Блейделис увидел его в бинокль, когда эстонская баржа миновала волнорез на выходе из порта Висбю. Игорс стоял на палубе по левому борту, сумерки уже спустились на безлюдную гавань, и на паромном терминале зажигались фонари.

Судно оставляло позади средневековый город с его купеческими домами, шестиметровой крепостной стеной и чётко обозначенными на фоне неба чёрными шпилями церквей. Постройки вокруг порта казались заброшенными: окна словно пустые, невидящие глаза. И только пришвартованные у пристани рыбацкие лодки мерно покачивались на волнах.

В это время года почти все рестораны были закрыты. На улицах ни одного прохожего, лишь пара автомобилей на подъезде к порту. Насколько город оживлялся летом, настолько пустынным становился зимой.

Игорс Блейделис поёжился от холода: брезентовая накидка не грела, у него текло из носа. Как обычно, дул сильный ветер, погода стояла промозглая, сырая. Только сильное желание курить заставило его выйти на палубу. Он встал за дымовой трубой с подветренной стороны и достал из нагрудного кармана мятую пачку. Сигарету удалось зажечь не сразу. Ветер леденил лицо, и пронизывающий холод пробирался за воротник.

Ему хотелось домой, к жене, в тёплую постель. Он отсутствовал всего десять дней, а казалось — целую вечность.

Игорс взял бинокль, чтобы всмотреться в береговую линию — отвесно уходящие в море скалы. С этой стороны за гаванью расположилось всего несколько домов. Он скользнул взглядом по обрывистой стене. Отсюда остров казался суровым и неприступным.

Быстро темнело. Игорс Блейделис выбросил окурок за борт и уже собирался вернуться в каюту, как вдруг свет стал ярче. На вершине скалы возникли проблески пламени.