Жаренное мясо после тяжёлых трудовых будней, чуть приправленное горечью каким-то чудом оставшегося вина — что может быть чудесней! Жадно вгрызаюсь в птицу. Потом вспоминаю о нечаянном спутнике, за которого я вроде как несу ответственность, и в сознании поселяется чувство вины. Достаточно сильное, чтобы подойти к дроу и легонько коснуться его тонкой и на удивление изящной руки.

— Подъём… Эй, осторожнее!

Никто и никогда не сравнится с дроу в быстроте реакции. Пора бы уже запомнить. Мужчина в один миг оказался на ногах стремительной и смазанной тенью, стальным захватом сжав моё запястье. Я невольно вскрикнула от боли, с затаённым страхом пытаясь увидеть на лице дроу хоть какие-нибудь эмоции, кроме этого пугающего выражения ненависти. Убьёт и не задумается. Только, пока мы связаны, моя гибель непременно повлечёт и его.

Узнал. И тут же исчез железный захват с моей руки. Дроу же наоборот словно сжался, напрягшись в ожидании справедливого наказания. Раб осмелился причинить боль хозяину!

С чуть нервным смешком потираю ноющее запястье и отхожу к костру. Зарок на будущее — впредь никогда не подходи к спящему дроу ближе, чем на расстояние в три метра. А то пришибёт ненароком.

— Садись и ешь, — сухо киваю на вторую тушку. Мужчина на секунду вскидывает голову, в единственном глазу мелькает подозрительное недоверие. Второй глаз всё ещё перевязан тряпкой. Надо будет посмотреть, что там за рана. Чуть позже, когда он поест. Отворачиваюсь и отхожу проверить, как там наши лошади. За спиной слышу шебуршение и жадное жевание. Ну-ну. Надеюсь одной птицы ему хватит для того, чтобы насытиться.

Когда я вернулась, от провизии остались одни косточки. Ещё раз бегло окинула выпрямившегося, но всё равно отказывающегося на меня смотреть дроу взглядом и со вздохом проверила оставшийся в наличии магический резерв. Почти полный. Ну не считать же ту мелочь, что пришлось потратить на зажигание костра. Хоть я и очень слабая ворожея, но по примерным расчётам должно хватить…