Девушка вытащила золотую статую в центр зала и бессильно прислонилась к ней. Сегодня впервые за пять лет затворничества она усомнилась в правильности своей жизни. И захотела вернуться назад, остановить камнепад, заглушить крик, задушить ненависть. Чтобы не было ни этого замка, ни окаменевших смельчаков, ни ставших золотыми серых глаз принца Оливера — наивного юноши, искренне верившего в волшебную силу любви. Внезапно одиночество, делавшее пять лет ее жизни похожими на один застывший во времени день, сделалось просто невыносимым. Вонзилось в сердце ледяной иглой, перехватило дыхание, вырвалось из горла волчьим криком, сметя с крыши черепицу и заставив пошатнуться пол под ногами. Дикий вихрь разбил стекло и ворвался в зал, принялся крушить застывшие фигуры мраморных и медных смельчаков. Задрожав, девушка бросилась к золотой статуе в центре, вокруг которой бушевал вихрь. Прижалась всем телом, оплела руками, спрятала на груди мокрое от слез лицо, бессвязно бормоча:

— Люблю, люблю, люблю…

В шаге от нее ревел ветер, разлетались вдребезги другие статуи, под ногами проваливался пол. Стонали стены, грохотали камни — замок пел свою прощальную песню, прежде чем рассыпаться мелкой крошкой. Спящая Красавица спешила донести до принца то, что не сказала ему при жизни.

Внезапно все стихло, вокруг вспыхнул приглушенный свет, а золотая ладонь, которую девушка сжимала в руке, отозвалась теплым прикосновением. Она подняла заплаканное лицо и увидела глаза принца. Серые, живые. Отшатнулась от его рук, как от огня, сделала шаг назад и огляделась. Они стояли на крошечном островке земли посреди нагромождения камней, словно какая-то таинственная сила бережно перенесла их из разрушенного замка во двор, даже не сбив с ног, и оградила незримой стеной от летящих обломков.