Уррик больше не колебался. Вырвав из книги чистый лист, он принялся составлять послание, в котором говорилось о сегодняшнем подлоге кардинала и о Святом Походе. Оставшись довольным своим творением, гоблин задумался над подписью, она должна внушать доверие, но ни в коем случае не наводить на его след или, упаси Истинные Созидатели, бросать тень на Илану. Наконец его осенило. Уррик пад Рокэ обмакнул перо в разведенную сажу и старательно вывел внизу эльфийское слово «эмико»2228 год от В.И.Полдень 21-го дня месяца Зеркала.Эланд. Ветровая бухта.

Холодный порывистый ветер бросал в лицо соленые брызги, пробирал до костей, но двоих маринеров

– Я не знаю, что мне делать, Эрик, – Рене Аррой не жаловался и не просил совета, он просто говорил все как есть. Говорил не столько собеседнику, сколько себе самому.

– По тебе этого не скажешь, – старый маринер с сомнением покачал головой, – я не могу тебе не верить, но все твои приказы и распоряжения кажутся очень толковыми…

– Вот именно что кажутся, – Рене ухмыльнулся уголками рта, – этого я и добивался. Люди уверены, что все в порядке, все делают именно то, что нужно, и мы обязательно победим в приближающейся войне. Мы укрепляем берег Адены, учим моряков драться на земле, выставляем дозоры. Вроде бы все правильно, но я-то знаю, что это бессмысленно.

– Вот как? – Эрик внимательно вгляделся в лицо бывшего своего ученика, а ныне герцога и почти короля. – А мне помнится, ты сумел управиться с такой нечистью, о существовании которой мы раньше не догадывались. Ты ведь боишься, что в этой войне главным оружием будет магия, не так ли?

– Разумеется, боюсь, – Аррой не скрывал своего раздражения, – что значит шпага, даже самая лучшая, против заклятий?!

– Ты забываешь о том, что твоя шпага способна творить чудеса и без всякой магии. А потом, если магия столь уж всемогуща, тебя уже не должно быть на свете. Нет, мужество бойцов и выучка нужны по-прежнему…