Теперь надлежало положить приношение на алтарь или же сжечь ветки, так как любой огонь посвящен отцу богов. Девушка предпочла последнее, так как не хотела лишний раз встречаться со здешним дронном, мечтающим перебраться из отдаленного замка в Огеллану и столь явно заискивающим перед дочерью хозяина, что это казалось оскорбительным и для бога, которому тот клялся служить, и для самой Линеты. Огонь же всегда остается огнем. Лина забралась в самый дальний угол сада – общение с Небом не нуждается в свидетелях – и, облюбовав плоский серый камень, быстро сложила на нем небольшой костерок. Какая досада, она вышла в сад без огнива! Теперь придется возвращаться в замок, где за ней наверняка кто-то увяжется!

– Госпожа, позволь, я помогу тебе, – голос был молодым, красивым и почтительным. Линета стремительно обернулась. Сзади стоял высокий темноволосый юноша с ясными зелеными глазами.

– Кто ты? – она не должна спрашивать. Он наверняка не женат, а невеста может говорить со свободным мужчиной, лишь опустив на лицо вуаль, да и то в присутствии наставников.

– Я?.. Я брат второго лесничего твоего отца, меня зовут… – юноша на мгновение замялся, – меня зовут Ройко, – и он звонко засмеялся.

ЛЕТОПИСЬ ВТОРАЯ

Книга Рене

ПРОЛОГ

Не спасешься от доли кровавой,

Что земным предназначила твердь.

Но молчи: несравненно право —

Самому выбирать свою смерть.

Н. Гумилев

Если что-нибудь страшно, надо идти ему навстречу – тогда не так страшно.

А.Колчак

Зачем вы двое тщитесь продлить агонию? Этот мир слишком несовершенен. Он должен погибнуть, чтобы с ним исчезла и вся пропитавшая его скверна. То, что достойно спасения, будет спасено и без вашего вмешательства…