Улыбаясь, Кативар шагнул в узкое, пыльное подземелье. Вряд ли Паншинеа и его наследник будут довольны, обнаружив, что во дворце они отнюдь не находятся в безопасности. Чтобы достичь этого, священники веками делали длинные, извилистые ходы в стенах. Этими ходами можно было пользоваться только с помощью бахдара, но священников без бахдара не существовало – настоящих священников, а не жалких подражателей, подобных Чиреку и его братии.

Кативар обнаружил нужный коридор, ведущий к подземным казематам. Бывало, что священникам при императоре оказывалось необходимым скрыться. Теперь было более чем удобно иметь такой ход. Медленно отодвинувшийся каменный блок впустил его в тюремное помещение. Кативар быстро огляделся, увидел, что находится вне досягаемости систем наблюдения, и позволил себе улыбнуться. Положив ладонь на пояс, он ощупал скрывающийся под ним сосуд и погладил его.

Все три узника подняли головы, как только он вошел, их глаза и ноздри расширились, втягивая бахдар, который излучал Кативар. Они не сдвинулись с места, молчаливые и хмурые.

Кативар изобразил на лице приятную улыбку.

– Я хочу вам помочь, – заявил он. – Меня прислал отец Чирек.

Ближайший к нему чоя заметно расслабился и протянул руку, шагнув к священнику.

– Когда ты вытащишь нас отсюда?

– Скоро, – Кативар перекатывал в ладони сосуд. Сколько дать? Какая доза будет достаточной, чтобы развязать им языки – и с какой вероятностью убьет их? Над этими вопросами он еще работал. Кативар принял решение – и то, и другое будет кстати. – У них бахдар, – заметил он. – Вы не сможете противиться им, и вы это знаете.

Узники раздраженно взглянули на него. Кативар показал им сосуд.

– Я принес кое-что, чтобы защитить вас. Они не смогут заставить вас пойти на предательство.

Все трое переглянулись и пожали плечами.

– Мы бы не отказались воспользоваться случаем.

– И уничтожить все, ради чего вы трудились? Нет. Так не годится. Принесите сюда воду – вы разделите ее между собой, – Кативар поглаживал пальцами сосуд.