Первым делом Керл проверил, достаточно ли крепка балка у основания утилизатора. Затем он извлек небольшую присоску, смазал ее клеем и прилепил к пластику пола. Через ушко присоски был продет тонкий, но чрезвычайно прочный медно-керамический шнур, один конец которого Керл привязал к трубе, а второй обмотал вокруг запястья.

Тоненько, едва слышно завизжал алмазный резак. Твердая рука Керла вела его по пластиковому перекрытию, очерчивая почти идеальную окружность полутора футов в диаметре. Данную работу гораздо быстрее можно было сделать с помощью бластера, но в этом случае паци могли услышать звук импульсов или учуять вонь горящего пластика. Поэтому гладиатор предпочел использовать устаревшее оборудование.

Вся работа заняла не более минуты. Вскоре аккуратно вырезанный кусок пластика дернулся и провалился на несколько дюймов вниз, шнур сдавил запястье. Непонятно зачем Керл заглянул в образовавшуюся щель. Естественно, в утилизаторе 317-го номера никого не было, иначе в том месте, где разместилась задница Керла, была бы уже не одна дыра от импульса.

Плавно разматывая шнур, гладиатор опустил вырезанную пластину вниз, а спустя мгновение последовал за ней. Очутившись внизу, Керл затаил дыхание и прислушался. Из гостиной долетали негромкие голоса. Тогда гладиатор извлек бластер, и началась потеха.

Дверь утилизатора с грохотом отскочила в сторону. Не говоря ни слова, Керл начал стрелять. Трое агентов рухнули мгновенно, четвертый попытался прикрыться, словно щитом, Квинтом Курцием, но Керл прострелил ему сначала руку, а когда тот, заорав от боли, оставил терролога в покое, и голову.