Едва он успел немного освоиться в новом положении, как вся компания завалила внутрь. Паци, как и следовало ожидать, перевернули яхту вверх дном, заглянув даже в очко утилизатора, но поднять глаза вверх они так и не догадались. Керл слышал, как один из них что-то втолковывает Квинту, но тот только орал, почему-то фальцетом:
— Я опаздываю на симпозиум террологов в Тернабе! Это моя яхта! Она записана на мое имя! Я законопослушный гражданин Содружества! Я буду жаловаться в Совет Пацифиса!
В конце концов поряд сдался и оставил Квинта в покое. Керл слышал, как по трапу протопало множество ног, затем трап въехал внутрь корабля, а внешний люк, сочно причмокнув компрессорами, захлопнулся.
Стало тихо. Лишь из-за переборки доносилось негромкое сопение рассерженного Квинта Курция да щелкала, оживая, система обеспечения.
Время шло. Квинт тянул с отлетом, а Керл не рисковал спуститься вниз, будучи уверен, что паци наверняка нашпиговали корабль подслушивающими устройствами и, услышав его голос, немедленно блокируют яхту магнитным полем. У гладиатора начали затекать ноги, когда терролог наконец решил, что больше ждать бессмысленно. Глухо взревели двигатели, и яхта стремительно взвилась вверх, заставив Керла беспокоиться за надежность магнитных присосок.
Квинт разинул рот, когда Керл Вельхоум как ни в чем не бывало вошел в рубку, на ходу оторвав от переборки похожего на крохотную черную таблетку «жучка». Терролог пребывал в изумленном состоянии достаточно долго, чтобы Керл избавил рубку от еще двух опасных «насекомых», тут же испепелив их плазменной горелкой. Наконец Квинт с лязгом сомкнул челюсти и выдавил: