Из того, что я должен сказать, разумеется, совершенно серьезно, многое связано с миром маленького городка, в котором я вырос и где живу до сих пор. Истории и романы - слепки с того, что мы, чуть иронично улыбаясь, называем "реальной жизнью", и я уверен, жизнь, какой живут в маленьких городках, слепок с того, что мы, посмеиваясь, называем "обществом". Утверждение это можно оспорить, более того: контрдоводы только приветствуются (иначе многие профессора литературы и критики будут вынуждены искать себе новую работу). Я лишь говорю: писателю нужна стартовая площадка, а помимо твердой убежденности в том, что история может существовать сама по себе, мне помогает стартовать и уверенность в том, что маленький городок есть социальный и психологический микрокосм. Мои эксперименты в этом направлении начались с "Кэрри" и продолжились в "Жребии". Но на должный уровень я поднялся, пожалуй, только в "Мертвой зоне".
То была, полагаю, моя первая история о Касл-Роке (и Касл-Рок - тот самый город в "Жребии", только без вампиров). С годами Касл-Рок стал "моим городом", таким же, как Исола - для Эда Макбейна или Глори в Западной Виргинии - для Дэвиса Грабба. Время от времени я вновь заглядывал туда, чтобы посмотреть, как живут его обитатели, не изменилось ли что в его географии, на месте ли Касл-Хиллз и Касл-Вью, Касл-Лейк и выходящие из города дороги.
Меня все больше интересовала, точнее, зачаровывала, тайная жизнь этого городка, и многие скрытые от глаз взаимоотношения я видел все яснее и отчетливее.