«Вот и она, юная женщина, только что вышедшая из гимназических стен и не познавшая еще биения истинной жизни, не могла не понять печати вечного страдания на его бледном лице и углей давно погасшей страсти в его черных — цвета самой ночи — глазах», — так мысленно говорил Степан Михайлович, забывая, что глаза у него на самом деле вовсе не черные, а голубенькие, с какой-то даже совсем не романтической серенькой окантовкой у зрачков. Заметка называлась «По Саратову гуляют зомби?», и даже смущенно ссутулившийся в конце заголовка вопросительный знак не смягчал явного дебилизма этого самого заголовка; а вернее, автора, который заметку и написал. Под текстом статьи имелась подпись — Роман Багдадский.

Главный редактор журнала «Саратовский Арарат» Степан Михайлович Турусов поморщился и раздраженно ткнул пальцем в клавишу на компьютерной клавиатуре — будто раздавил отвратительное надоедливое насекомое. Экран монитора погас.

«Никуда не годная статья, — подумал Турусов, разгребая на своем рабочем столе напластования бумаг, которым надо было придать вид аккуратного и упорядоченного финансового отчета с пронумерованными страничками, — стиль бездарный, редактура тупая, а содержание — дерьмо беспрецедентное. Гнать надо автора к чертовой матери…»

Тут главный редактор снова поморщился — и вздохнул. Внештатного корреспондента журнала «Саратовский Арарат» и многих других региональных и центральных изданий Виталия Дрыгайло, прикрывавшегося псевдонимом Роман Багдадский, Турусов знал лично. Дрыгайло был молодым человеком маленького роста и неопределенной наружности, с подвижным лицом цвета ливерной колбасы и всегда влажными руками. Недостатки внешнего вида, впрочем, в достаточной степени компенсировались неуемной фантазией, сумасшедшей энергичностью и совершенно чудовищным честолюбием. В общем, Дрыгайло обладал комплексом качеств, позволявшим ему стать либо коррумпированным олигархом, либо умеренно выпивающим художником-иллюстратором журнала «Веселые картинки».