– Слышь, Андревна, – сказал ханурик, подняв голову из-за прилавка. – Давай ему фокус с пулей покажем. А то ведь не поверит.

Завуч покачала головой.

– Опасно. В конце концов, без разницы, поверит он или нет. Что вы намерены делать, Быков?

– Колесо. Возьму колесо. – В голове до сих пор крутилась дикая картина безмолвно стоящей вдоль магазина серой шеренги, грохот пальбы и лохмотья грязной взвеси, в которую превращались странные существа при попадании. От автоматных очередей их разваливало на темные куски, от крупного калибра отбрасывало назад и размалывало в мелкую пыль. – Возьму колесо, и все.

– Из города ходу нет. Не знаю, как и почему они вас пропустили, но обратно наверняка не выпустят. Долго они тут, конечно, стоять не будут, разбредутся скоро. Но на улицах достаточно ловушек, чтобы вырубить любой двигатель, остановить любую машину, заблокировать двери. И тогда вы будете просто сидеть и ждать, когда они за вами придут. Позавчера ночью полгорода сидело так в машинах и автобусах. Тоже хотели уехать. Вы счастливый человек, раз не слышали их крики. Били стекла, пытались выбраться, бежать… Те, за кем пришли на дом, оказались более везучими. Особенно во сне. Они хотя бы не мучились.

– Вторжение это, – подал голос депутат. – Американцы. И самолет американский был. Вон, пацан не даст соврать. Он его вблизи видел.

– Какой самолет? – насторожился Иван.

Пионер в галстуке высунулся из-за колонны:

– А такой самолет, дяденька. Большой, ржавый. Как сел, так все и началось. И Клюкву прямо по аэродрому размазало…

– Какую клюкву?

– Михаил Клюквин, – пояснила завуч. – Девятиклассник, местный хулиган. Двоечник. Первая жертва, видать. Если верить этому оболтусу.

– И как выглядел этот самолет? Можете вспомнить? Подробности?

– А чего вспоминать-то, – депутат вышел наконец из-за прилавка. – У меня шофер его даже сфотографировать успел, прежде чем… Вот, хотели отправить в райцентр, да не успели. – Он достал из-за пазухи несколько карточек. – Говорю же, американцы. У нас таких точно нет. Да еще без опознавательных знаков. Диверсия это. Новое оружие. Третья мировая. Надо срочно выбираться и предупреждать. А мы тут прохлаждаемся. Войска пусть посылают, спецназ. Три дня прошло, а никого…