Он сделал движение головой к той части неба, где стрекотал кустарно собранный самолет.

– В этом основная причина необходимости объединения. Только после него мы сможем все восстановить.

– А другая? – мягко спросил Вудворт.

– Демократия – универсальный выбор. – Даниэлис сглотнул. – Тогда отцам и сыновьям не придется сражаться друг с другом вновь.

– Это более серьезная цель, – сказал Вудворт. – Достаточно серьезная, чтобы Эсперы ее поддержали. Но вот то, что ты говоришь о машинах…

Он покачал головой:

– Машинный мир – не для людей.

– Возможно. Хотя если бы у моего отца были кое-какие машины в помощь, он не надорвался бы на работе… Не знаю. Однако все по порядку. Сперва нужно победить в войне, а потом – вести дискуссии. Прошу прощения. Философ, я должен ехать.

Эспер поднял руку в знамении мира. Даниэлис послал лошадь в галоп.

Пробираясь по обочине, он увидел разведчика, которого остановил майор Якобсен, индейца из племени Клама, с луком через плечо. Многие солдаты из северных районов предпочитали стрелы ружьям. Луки были дешевле, бесшумны, дальность, конечно, меньше, но с небольших расстояний убойная сила почти та Же.

– Капитан Даниэлис, – козырнул ему Якобсен, – вы прибыли вовремя. Лейтенант Смит как раз начал докладывать, что обнаружила его разведка.

– И самолет, – добавил Смит невозмутимо. – Пилот рассказал нам по радио, что он видит, а мы проверили и убедились.

– И что же?

– Никого вокруг.

– Как это?

– Форт эвакуирован. И поселок. Ни души вокруг. Мы тщательно проверили все следы. Похоже, гражданские лица оставили форт раньше. Думаю, на санях и лыжах, в северном направлении, до какого-нибудь укрепленного пункта. Что касается полка, то солдаты начали отход в то же время, но постепенно. Весь полк, части обеспечения и полевая артиллерия покинули форт три-четыре дня назад.

Якобсен прищелкнул языком.

– И куда же они двинулись?