- Войдите, - откликнулась я.

- Телеграмма, мадам, - сказал Уилкинс, ковыляя ко мне с подносом.

Уилкинс - крепыш и здоровяк, но предпочитает передвигаться походкой столетнего инвалида, чтобы его не попросили сделать лишнее. Я взяла телеграмму, и крылья недоброго предчувствия накрыли меня зловещей тенью. Дрожащим голосом (дрожь эта вызвана теми же причинами, что и ковыляющая походка) Уилкинс вопросил:

- Надеюсь, дурных вестей нет, мадам?..

- Нет... Напротив, новость очень хорошая. Завтра, Уилкинс, мы едем в Элсмир. Я попросила бы вас сделать необходимые приготовления.

- Да, мадам. Прошу прощения, мадам...

- Да, Уилкинс?

- Вы вернетесь с маленьким господином, мадам?

- Возможно.

По лицу Уилкинса промелькнула тень ужаса. Правда, надолго она не задержалась - наш дворецкий знает, как надлежит себя вести.

- Это все, Уилкинс, - сочувственно сказала я.

- Да, мадам. Спасибо, мадам. - Он, покачиваясь, направился к двери.

С тоской бросив последний взгляд на прекрасный сад, я вернулась к своим трудам и полностью погрузилась в работу. Вскоре вернулся Эмерсон. Вопреки обыкновению, он не стал нежно обнимать меня, а, пробормотав слова приветствия, швырнул на бюро кипу бумаг. После чего уселся за свой письменный стол, находящийся рядом с моим.

Эгоистичная супруга могла бы отпустить пару шутливых замечаний по поводу его озабоченного вида и потребовать привычной порции невербальных приветствий. Я же лишь взглянула на его новые записи и сдержанно заметила:

- Значит, твоя датировка черепков совпадает с таблицей Питри*? Это, в конечном счете, позволит сэкономить время...

______________

* Питри Уильям (1853 - 1942), английский археолог, начавший систематическое изучение пирамид.

- Нет! - буркнул Эмерсон, яростно скребя пером по странице. - Мы безнадежно отстаем от графика, Пибоди. С этого дня будем работать день и ночь. Больше никаких прогулок по саду и светских приемов, пока не закончим рукопись.