Они сидели у костра в небольшой рощице, на южной оконечности Рэбба, в лесах Темного Предела. Неподалеку всхрапывали лошади, лунный свет заливал простирающуюся перед ними равнину. В воздухе уже чувствовался холод, предвестник надвигающейся осени.

Джайр улыбнулся.

— Я об этом и не задумывался никогда. В этой–то жизни полно забот, безо всяких раздумий о каких–то других.

— А после этой будет какая–нибудь? — Кимбер откинула назад волосы. Обычно она собирала их в хвост, но на ночь распускала. — Дед думает, что будет. И я тоже. Мне кажется, что в мире все связано. Все жизни, как мгновения во времени, связаны друг с другом. Словно рыба, которая все плывет и плывет в реке, прошлое стремится вперед, чтобы стать будущим.

Джайр посмотрел в темноту.

— Я тоже думаю, что мы связаны с нашим прошлым, но больше с событиями и с людьми, которые в них участвовали. Мне кажется, что мы всегда словно бы тянемся назад, чтобы вытащить в новый день то, что мы помним. Иногда — ради знания, иногда — просто ради удобства. Я не помню никаких прошлых жизней, но помню то, что было в этой. Тех, кто в ней был.

Кимбер пересела к нему поближе.

— Ты так это сказал… Ты вспомнил о том, что случилось у Колодца Небес два года назад?

Джайр кивнул.

— И о Мастере Боя?

— Откуда ты о нем знаешь?

— Ну, это совсем не тайна, Джайр. После этого ты больше ни о ком не говорил. Только о нем, только о том, как он спас тебя в Крухе, как сражался с Джахиром. Ты что, не помнишь?

Он пожал плечами.

— Может быть, ваша с ним связь уходит в далекое прошлое, может, она дольше этой жизни? — Кимбер подняла бровь. — Ты об этом не думал? Может быть, вы и в прошлой жизни были связаны друг с другом, и потому он произвел на тебя такое впечатление?

Джайр рассмеялся.

— Я думаю, что он произвел на меня такое впечатление потому, что он — лучший боец, какого я видел. Он… — Джайр запнулся, подыскивая верное слово. — Он неукротимый. Никто не мог выстоять против него, даже Джахир. Он одолел то, что оказалось не по силам Алланону.