
Во-первых, у короля была старшая дочь, сверстница Ветки. И звали ее тоже Елизаветой.
Во-вторых, было известно, что никто не знает, где эта таинственная Елизавета проживает, и что поделывает.
В-третьих, Ветка, сколько себя помнила, жила в удобном, хорошо охраняемом уединенном замке с предупредительной вышколенной прислугой и прекрасными учителями. И все ее капризы выполнялись, в пределах разумного, конечно. И эти пределы она хорошо изучила. В основном они касались свободы перемещений. И именно здесь, где капризы оказались совершенно бесполезны, она проявила коварство и настойчивость, осторожность и изворотливость, которым, позднее, сама удивлялась.
Прежде всего, ей удалось найти себе союзника. Им оказался садовник. Крепкий немолодой мужик с удивлением принимал неуклюжую и предупредительную помощь избалованной, окруженной боннами барышни. Не прошло и месяца, как это эфемерное создание, усадив нянек в беседку и строго наказав им пить чай, осторожно, прямо голыми ручонками разбирало спутанные корешки рассады, аккуратно придерживало их в луночках, прикрывая землей и уплотняя.
К своему оправданию Ветка должна сказать, что дело это ее, действительно увлекло. Она и по сей день, нередко помогала Феликсу, особенно в страдную пору. А тогда, в нежном возрасте, она терпела окрики и шлепки, и даже если приходилось выслушивать упреки за неловкость или бестолковость - молчала с виноватым видом. И терпение было вознаграждено неожиданно и восхитительно.
Однажды Феликс вышел за ворота, чтобы обработать клумбы въездной аллеи. Он катил тачку с рассадой, Ветка несла за ним лопатку и грабельки. И ворота открылись перед ними, как будто, так и надо. Потом, перед сном пришел к ней первый в ее жизни важный, может быть философский вывод: "Чтобы быть свободной надо походить на тех, кто свободен". Ведь Феликса никто не задерживал в замковых воротах. Он входил и выходил когда хотел. И сегодня в замызганном парусиновом халатике, повязанная простой полотняной косынкой, Ветка выглядела в точности как он. Как человек, который делает свое дело. И которого не следует останавливать в воротах.
