Таким образом, лучшие годы своей жизни я провел в стиле недо-Буковски и недо-Пекари. Я так нигде и не напечатался, даже в тонких фэнтези-журнальчиках (я был ниже андеграунда!), покончил со всякими попытками сделать нормальную карьеру, закрыл себя для всех нормальных внешних интересов и компаний, и все для того, чтобы посвятить жизнь «искусству».

Я распрощался со своими стараниями только два или три года назад. Пожертвовав пишущую машинку Армии Спасения, все свои рукописи отправил в урну.

Но лишь в эту самую минуту, на полпути между домом и книжной лавкой, я понял, что полностью и окончательно СДАЛСЯ!

И что мы имеем в итоге?

Продавец книжного магазина с расшатанной психикой и нарушенным гормональным балансом, с талией, обхват которой в сантиметрах быстро приближался к величине его IQ, стиснутый между работой, которую тихо ненавидит, и норой, чтобы укрыться (черно-белый ТВ, микроволновка, ванная внизу, в холле).

С утратой жизненных целей мир внезапно показался мне огромным и устрашающим, одновременно чересчур полным и слишком пустым. Пустым для меня, полным для других, преуспевающих, счастливых людей.

Следующие несколько недель я мог думать только о том, что делать, если моя жизнь кончена. Очень изматывающее занятие: имеющийся расклад не оставлял мне ни одного шанса.

Дальше – хуже. Я задумался о том, зачем меня вообще занесло на Землю в это место и время. Потом – а для чего существует сама Земля. После чего развил вопрос до масштабов всей вселенной.

Неожиданно в приливе тоскливого страха я понял, что этот последний вопрос – «Почему есть нечто вместо ничто?» – именно тот вопрос, который Хайдеггер определил как самую важную и неразрешимую загадку философии, первоисточник существующего беспокойства, ловушку и западню для многих поколений.