Вот тебе раз. Уговору про меня не было! А про девчонку в красном берете? Что ее волк съест - был такой уговор? Интересно у них тут получается. - Слушай, - спросил я осторожно, - а волк в самом деле может съесть Красную Шапочку? Понастоящему? - Не знаю, - он пожал плечами, - это уж как Венька решит. Ага, опять Венька! Да что ж это за пуп земли такой? Раньше говорили: "На все воля Божья", а у них теперь - "Как Венька решит". Напрямую спросить про Веньку я не решился. Неудобно стало. Эта личность представлялась мне такой величественной, что я боялся упоминать священное имя всуе. Все же, напустив на себя смиренный вид, я произнес со вздохом: - Эх, увидеть бы мне Веньку, хотя бы одним глазком. Специально ведь иду из-за тридевяти земель... Я хорошо понимал, как сильно рискую, пытаясь затронуть область, в которой совершенно не ориентируюсь. Но мальчишка нисколько не удивился. - Чего проще, - сказал он, - пойдем со мной. Волка подстрелим - все равно к Веньке идти, узнавать, чего дальше будет. Мы вошли в лес и побрели на некотором расстоянии друг от друга, чтобы охватить возможно большее пространство, Время от времени мы шепотом перекликались, отчего из кустов выскакивали зайцы и бросались наутек. Следов было множество, все они были неправдоподобно четкие, как на картинке в учебнике природоведения, но волчьи среди них пока не попадались. В одном месте я забрел в небольшое болотце и прыгая с кочки на кочку, вдруг увидел среди камышей огромную лягушку, держащую во рту длинную стрелу с ярким оперением. Она сидела на большой коряге, неестественно закинув ногу на ногу, и явно поджидала кого-то. Увидев меня, она выпучила глаза. "Мать моя!" - явственно произнесла лягушка и прыгнула в камыши. Примерно через полчаса ходьбы деревья впереди расступились, и показались поля и холмы. Я уже подумал было, что мы наконец выберемся из этого жуткого леса обратно к цивилизации, но сейчас же заметил городок, обнесенный частоколом, с резными воротами, с деревянными коньками на крышах, и понял, что это, пожалуй, продолжение.