- Простите?

- Вы жилищный агент? - осведомился Руперт.

К великой его радости, человечек вопросительно взглянул на Кийта.

- Вы агент или нет? - заорал Руперт так, словно спрашивал: "Вы громила?"

- Да... о, да!.. - ответил тот с нервной, почти кокетливой улыбкой. - Именно жилищный агент! Да, да.

- Так вот, - с ехидной мягкостью сказал Руперт, лейтенант Кийт хочет с вами потолковать. Мы пришли сюда по его просьбе.

Лейтенант, мрачно молчавший, заговорил:

- Я пришел, мистер Монморенси, по поводу моего дома.

- Да, да, - откликнулся жилищный агент, барабаня по конторке, - все готово, сэр. Я все выполнил... это... ну...

- Хорошо, - оборвал его Кийт, словно выстрелил из ружья. - Не беспокойтесь. Сделали все - и прекрасно.

И он резко повернулся к дверям.

Мистер Монморенси, немыслимо жалобный, что-то забормотал, потом решился:

- Извините, мистер Кийт... я спрошу... я не совсем уверен. Отопительные приборы там есть... но зимой... на такой высоте...

- Нельзя много ждать? - оборвал его лейтенант. - Ну, конечно, я и не буду. Все в порядке, мой дорогой. Вы не беспокойтесь, - и он взялся за ручку.

- Мне кажется, - с сатанинской вкрадчивостью произнес Руперт, - мистер Монморенси хочет еще что-то сказать.

- Я про птиц, - в отчаянии воскликнул агент. - Что с ними делать?

- Простите? - в полном недоумении выговорил Руперт.

- Как насчет птиц? - повторил Монморенси.

Бэзил, стоявший до сей поры спокойно или, точнее, тупо, как Наполеон, внезапно поднял львиную голову.

- Прежде, чем вы уйдете, лейтенант, - спросил он, скажите, что будет с птицами?

- Я о них позабочусь, - ответил Кийт. - Они не пострадают.

- Спасибо, спасибо! - вскричал в полном восторге загнанный агент. - Не сердитесь, пожалуйста. Вы знаете, как я люблю животных. Я такой же дикий, как они. Спасибо, сэр. Но вот еще одно...