- Пробовать нужно, - Коля пожал плечами. - Давай начнем с охотничьего, с бездымного.
Новое утро принесло новые заботы, правда, волхв предпочел от них самоустраниться. Он с удобством устроился на скамеечке, привалившись к стене кузницы, и читал толстый фолиант в деревянной обложке обтянутой крокодиловой кожей, изредка делая пометки на полях свинцовым карандашом. Окружающий мир для Сереги перестал существовать. Даже то, что Коля доламывал единственную в хозяйстве телегу, кузнеца ни интересовало.
- Чего нового пишут? - Николай отбросил кувалду, которая и была сегодня основным его инструментом, и присел рядом.
- Нового? Ничего, это же Плиний.
- Старший или младший?
- Он был один. А вот Геродотов - два. Или даже три, если считать их папу, тоже историка не из последних.
- Надо же, - удивился Шмелев, - а у нас считают наоборот.
- Вы там, у себя, все переврали и перепутали, - Серега засмеялся и закрыл книгу. - Вот лет пятнадцать назад тоже к нам попала одна, из ваших, наверное… Все звала Армению открывать. Или Америку? Не помню точно, молодой еще был…
- И чего, открыли? - Коля от удивления даже позабыл про трубку, которую собрался закуривать. Сигареты у него кончились еще на прошлой неделе, но на торге у краснорожих купцов с перьями на голове удалось купить заморские травы, якобы лечебные. Но по вкусу - точно табак.
- Да ты кури, не стесняйся. Это мне питания дымом не положено, - махнул рукой волхв, но на всякий случай переложил фолиант подальше. - О чем я? Ах да…, Америка. Ну, отправили туда несколько кораблей… С купцами, с товарами, с воями… И не нашли никакой Америки. Нету ее, а на том месте все та же страна краснокожих, что и всегда была. Обманула ведьма.
- А где она сейчас?
- Кто, та страна?
- Нет, попаданка…
- Да ее тогда же в срубе и сожгли.
- Ну вы и звери.
- Мы? - удивился Серега. - Ты бы знал, насколько наш народ терпелив. Когда она объявила себя верховной ведьмой - стерпели. Назвала князя Георгия Всеволодовича темным властелином - смолчали. Попыталась оженить на себе германского императора - плюнули и отвернулись. Но эта сволочь захотела научить княгиню лесбийской любви… Тут уже терпение лопнуло.