— Ну, хватит, — отрезал я.

— Нет, Лиджен, не подумайте, что я сколачиваю воровскую шайку. Как я уже писал в своём объявлении, это будет не обычное приключение. Оно может и, скорее всего, будет связано с теми или иными нарушениями законов и правил. Теперь, после того, как вы узнали мою позицию, оставляю вам самому судить, стоит ли игра свеч.

Если Фостер пытался разбудить во мне любопытство, то сделал это успешно. Он подходил абсолютно серьёзно к тому, что задумал. Но его затея, похоже, была таковой, что любой здравомыслящий человек поостерёгся бы в неё ввязываться. Однако с другой стороны, сам Фостер не был похож на человека, способного пойти на глупость…

— А почему бы вам не рассказать мне все подробно? — сказал я. — Зачем вам, человеку, имеющему все это… — я обвёл рукой его роскошные апартаменты, — нужно вытаскивать из грязи такого бродягу, как я, и уговаривать его взяться за вашу непонятную работу?

— Ваше “я”, Лиджен, пережило несколько серьёзных ударов — это очевидно. По-моему, вы боитесь, что я ожидаю от вас слишком многого или что меня может шокировать какая-нибудь ещё не известная сторона вашего “я”. Возможно, если бы вы на время забыли о себе и своих проблемах, мы могли бы прийти к соглашению…

— Да, — сказал я, — забудем о моих проблемах…

— В основном, конечно, денежных. Большинство проблем нашего общества связаны с абстракциями тех ценностей, которые представлены деньгами.

— Ладно, — сказал я. — У меня свои проблемы, у вас — свои. Давайте на этом закончим.

— Вы полагаете, что поскольку я обладаю материальным достатком, мои проблемы должны быть обязательно мелкими, — продолжал Фостер. — Скажите, мистер Лиджен, вы когда-нибудь знали человека, который бы страдал от амнезии?