
– Думаю, да. Правда, я не могу вспомнить аналогичных случаев.
Девлин устало откинулся в кресле и спросил спокойным голосом:
– Ты мог бы поклясться в этом на суде?
– Зачем?
– Затем, что этой ночью я убил человека. Я очнулся на кровати в какой-то комнате, а рядом на полу лежал труп. Я никогда не видел этого человека. Не знаю, может, я убил его, защищаясь,– как загипнотизированный продолжал он.– Мы должны прояснить эти двенадцать дней, сорвать с них черный занавес. Ты в состоянии мне помочь? Вдруг есть какое-нибудь лекарство, например, наркотик?
– Брось, Арт,– грубо ответил Томпсон, но в его глазах светилось сочувствие.– Нам обоим нужно выпить. Нет, ты сиди… я принесу все сам,– сказал он, увидев, что Девлин собирается встать,
– В спальне графин с бурбоном и стаканы.
Томпсон вышел из гостиной и вернулся с графином и стаканами. Налив бурбон, он опять сел. Отхлебнув пару глотков, Девлин удовлетворенно вздохнул.
– Расскажи мне обо всем, что случилось сегодня ночью,– попросил доктор.
Девлин начал быстро рассказывать. Через десять минут он устало закончил.
– … и я позвонил тебе сразу, как только поднялся в квартиру. Ты единственный, кому я могу довериться. Если не веришь, пойди в ванную. Там одежда… с пятнами крови.
Томпсон кивнул и вышел из комнаты. Артур рассказал другу все за исключением звонка Мардж и окровавленных денег. Даже Томми вряд ли поверит в это. Когда доктор вернулся в гостиную, на его лице была написана тревога. Он допил остаток бурбона и спросил:
– Ты ничего не помнишь?
– Ничего,– безжизненным голосом ответил Девлин.
– Ты сказал, что на полу лежала окровавленная дубинка. Чья, твоя или его?
