– О том, что это алфавит, мы не знали. Как там можно что-то разобрать? Сплошные крючки и закорючки.

Свенсен хлопнул себя по коленям и негодующе заметил:

– Как вы так можете говорить, Майк? Это же древнейший язык, которому тысячи лет! Почему вы думаете, что наш язык лучше?

– Ну, хотя бы потому, что мы его понимаем.

– Нифилимский язык существенно отличается от шумерского, но он является первым. Вы слышите? Я готов поспорить с кем угодно, что это язык наших создателей!

Я уже ничему не удивлялся и чтобы как-то угомонить Свенсена, решил задать ему сокрушительный вопрос:

– А как вы объясните появление этой книги у нас?

Здесь Свенсен развел руками:

– Этого я не знаю. Известно только, что Джейкоб Лири привез ее с собой из экспедиции по Ираку. Зато я прочитал, что можно попасть в страну Нибиру с помощью этой книги. И сделать это можно будет как раз на днях.

– То есть…?

– Это значит, что один раз в 3500 лет любой, кто имеет эту книгу, может попасть в мир Нифилимов.

При этих словах Свенсен задумчиво посмотрел в потолок и замер.

Я решил, что его речь окончена, и встал с дивана.

– Ну, что же, мистер Свенсен, все было очень интересно. Большое вам спасибо, но мы пойдем. Да, Стен?

Но Стен, как мне показалось, никуда не собирался идти. Он проигнорировал мой вопрос и спросил у Свенсена:

– А как это сделать? Как попасть в страну Нибиру?

– Необходимо промолвить на нифилимском языке слово «Элохим» и тогда все произойдет.

– Но как же это сделать? Ведь никто не знает этого языка.

Свенсен таинственно посмотрел на нас и торжественно заявил:

– Я знаю!

Это уже было невыносимо. Неужели, этот выпивоха решил окончательно нас добить? Терпеть дальше это было нельзя, и я твердо заявил:

– Нам действительно некогда с вами больше разговаривать. Мы уходим.

Но Стен схватил меня за руку и возразил:

– Майк, я вот тут подумал… Эта лекция будет и завтра. Все равно, я уже не успеваю. Давай задержимся еще немного.