Вот если бы здесь не было Игоря, а так… нет, жизнью ребёнка старый лесник рисковать права не имел. Потому-то он и принял версию рыжего «геолога» как нечто очевидное, тем самым признавая право геологов всего мира внешне походить на беглых уголовников, носить автоматы Калашникова (а вовсе не охотничьи ружья) и быть одетыми чёрт знает во что. Впрочем, «геологи» и не питали особых иллюзий по поводу своей внешности, не были они и наивными простачками, чтобы поверить в убедительность своей «легенды», но и им, и деду Мартыну было удобно придерживаться принятой версии — до поры, до времени, по крайней мере. Потому-то, дабы не идти на открытый конфликт с головорезами, и решил старый лесник дать отчёт о своей отлучке из сторожки.

— Вчера ночью, — пояснил он, — к нам пожаловал жёлтый человек, или «желтолицый», как вы его называете, и наследил возле дома. Я ходил проведать, не забрёл ли кто из вас в запретные зоны и не принёс ли заразу в дом.

Игорь видел, как вытянулись и посерели лица «геологов». Они разом вскочили из-за стола и тут же бросились осматривать подметки своих сапог. Дед Мартын усмехнулся.

— К счастью для всех нас, — продолжал он, — вы прошли чисто.

— Старый хрен, — выругался «Иван Иваныч». — Мог бы и раньше сказать, чтоб тебя…

Набив желудки, гости расположились на ночлег, причём двое легли возле окон, а третий — у входной двери, тем самым отрезав деду Мартыну и его внуку путь к выходу из сторожки. Старый лесник лишь усмехнулся принятым мерам, а Игорю, улучив момент, украдкой шепнул:

— Это плохие люди. Остерегайся их. Старайся не показать виду, что знаешь о них правду. Завтра, Бог даст, они уберутся.

2.

Но дед Мартын ошибся: утром «геологи» не ушли. Первым делом они потребовали себе завтрак. Смолотив его в два счёта, заявили, что намерены остаться здесь до вечера.

— Воля ваша, — пожал плечами дед.

— Это уж точно, — ухмыльнулся рыжий.