– А что? – Глеб осмотрел свои джинсы и рубашку. – Нешто я пятен насажал?

Бесцветные бровки завуча сошлись над переносицей.

– Не ерничайте, Глеб Михайлович. Я просила вас проводить уроки в чем-нибудь более строгом. В нашей школе существуют правила, с которыми, хотите – не хотите, вам придется считаться.

Глеб держал руки в карманах джинсов. Его фиолетовые глаза смеялись.

– Во-первых, – сказал он, – форму отменили даже для учащихся…

– Этот аргумент мы с вами уже обсуждали! – повысила голос завуч.

– А во-вторых, – невозмутимо продолжал Глеб, – вам и самой давно пора надеть что-нибудь этакое… пестренькое и в обтяжку.

По учительской прошелестел общий вздох. Географичка хихикнула. Завуч покраснела.

– Глеб Михайлович, я ценю ваш юмор…

– А я – вашу настойчивость, Зинаида Павловна. – Не вынимая рук из карманов, Глеб направился к двери. – Извините, меня ждет 9-й “Б”.

Зинаида Павловна сделалась пунцовой. Ее поникшие плечи выражали смятение.

– А если комиссия из министерства?! – возопила она в отчаянии.

Глеб обернулся в дверях:

– Комиссию мы встретим в бикини. Причем на самых пикантных местах у нас будут вышиты паспортные данные.

На сей раз смех был общий.

За дверью Глеб едва не столкнулся с двухметровым учителем физкультуры.

– Покидаем в кольцо после уроков? – предложил тот с места в карьер. – Я должен отыграться.

Глеб покачал головой:

– Сегодня спешу. В другой раз, Сень.

– Вечно ты куда-то спешишь. – Физкультурник почесал седеющий ус. – Про журналистку Самарскую слышал?

– Да, – вздохнул Глеб. – А что?

– Ну и как тебе?

– Сень, ты хочешь, чтоб я это прокомментировал?

Прозвенел звонок. Перемена закончилась, школьники разных возрастов – кто шагом, кто вприпрыжку – устремились получать знания.

– Да что тут комментировать, – махнул рукой физкультурник. – Тошнит просто.