– Все в порядке, Эльза. Не волнуйся. Просто тебе приснился сон. И по-видимому, приятный, – мягко сказал Локис, по-прежнему не выпуская ее из рук.

– Это ты меня раздел? – все тем же прерывающимся шепотом спросила Эльза.

– Да. Я раздел тебя и упаковал в спальник. Сама ты раздеться не могла. Спала.

– Зачем ты меня раздел догола?

– Во-первых, чтобы тело отдохнуло, во-вторых, смазал мазью все потертости.

– Все смазал? – уточнила Эльза и опять покраснела.

– Эльза, я уже сказал, успокойся. Я не трогал тебя, если это так тебя беспокоит.

– Ты понимаешь, что мне стыдно?

– Не понимаю. Тебе нужно было помочь, я помог. Чего ты стыдишься? Ты что, у врача никогда не была?

– При чем здесь это, ты не врач! – возмутилась Эльза.

Казимир усмехнулся, отвел в сторону глаза:

– Забудь об этом. Все в полном порядке, ты можешь поспать еще хороший час, пока я буду готовить завтрак.

– Как же, поспишь теперь. Отвернись, мне нужно выйти, – надувшись, сказала она.

Локис послушно отпустил ее, перевернулся на живот, отодвинулся к стенке палатки.

– Далеко не ходи, по периметру в десяти метрах ловушки, – глухо сказал он.

Эльза не нашла своей одежды и выбралась из палатки как была – голышом. Солнце еще не поднялось над лесом: в лощине, по которой они пришли сюда вчера, стелился легкий туман. Воздух был по-утреннему свеж и звонок. Где-то в кронах деревьев проснулись первые птицы, они щебетали весело и беззаботно и радовались первым лучам долгожданного солнца.

Эльза проскользнула в палатку, зябко поежилась. Локис не обернулся. «Вот, вчера насмотрелся и теперь больше уже и не хочет меня видеть», – обиженно подумала она и юркнула в спальник.

– Не замерзла? – спросил Казимир и перевернулся на спину.

– Замерзла! Вот взял бы и обогрел! – возмущенно заявила Эльза.