— Ладно-ладно, — сказал Сергей, вытянув вперед руки, — я вам верю, но если вы меня обманываете, то по решению военного трибунала будете расстреляны за провокацию.

— Отлично, значит, мы договорились, — сказал Джейсин, рассматривая комнату уже направляясь к выходу, — собирайте все необходимое и отправляйте людей на позиции.

Эльф, не оборачиваясь, вышел из комнаты и по коридору пошел к выходу. За ним последовали остальные, на ходу отряхиваясь от пыли. За идущей позади всех Омеллой выскочили Рябинин со Светловым. Старлей был вооружен автоматом ППД, а сержант держался за винтовку. На улице солнце опускалось к горизонту, так заканчивался последний мир день, следующий день должен был стать днем войны.

Время было уже три часа девять минут. Весь личный состав погранзаставы, а их было человек сорок, находился в выкопанных заранее окопах. Бойцов вывели из казарм, когда стемнело, и скрытно разместили по позициям. Окопы полного профиля, оборудованные пулеметные точки. От леса тянуло сыростью и начал потихоньку подниматься туман, как камуфляжем прикрывающий позиции. Бойцы сидели по окопам, тихо переговариваясь и настороженно вслушиваясь в ночь. Джейсин сидел рядом с командиром заставы и изредка поглядывал в сторону реки, прислушиваясь к доносившемуся оттуда гулу, правда, не прекращая своего занятия. А занят он был тем, что набивал магазин своей снайперки последними патронами, специально зачарованными Фениксом. Те так светились от загнанной в них магии, что, по словам мага при попадании в танк легко бы пробили его броню и взрывом сорвали башню. С автоматами других Сторн тоже поколдовал, правда, не так как для командира, хотя «калаши» тоже могли разносить танки, но магии в их боеприпасах было меньше. К эльфу из глубины окопа подобрался Красов.