Она бежала за Красовым, сжимая в руках окровавленный посох. Сзади раздавалась стрельба, но магия Света легко отклоняла случайные пули. Внезапно из кустов выскочили три гитлеровца с автоматами наперевес. Омоновец вскинул «калаш» и прошил одного немца очередью и тут же метнулся ко второму. Удар прикладом в челюсть отшвырнул фрица с погонами ефрейтора обратно в кусты. А третий наскочил на целительницу, но наткнулся на ее посох. Основание ее мифрилового боевого посоха вышло из спины противника. Кровь убитого хлынула на доспехи и одежду девушки, но она не обратила на это внимания, нагнувшись лишь для того чтобы забрать у трупа гранату на длинной ручке и швырнуть ее назад. Громыхнул взрыв, задев нескольких преследователей осколками.

А впереди тоже начали стрелять. В небо поднимался дым. Омелла вновь бежала за майором к месту боя. Лес горел вместе с замаскированной в нем бронетехникой, и эта картина всеобщего уничтожения сопровождалась ужасными криками людей сгоравших заживо. Наконец они нагнали Джейсина и его товарищей, поливающих разбегающихся немцев свинцом и магией. Гитлеровцы падали, сраженные пулями, вспыхивали от огненных заклятий, превращались в глыбы льда и проваливались под землю. Внезапно Алексис перестал стрелять и выхватил свой меч.

— Омелла благослови, — крикнул паладин, рванувшись на взвод фашистов.

Жрица успела наложить на него благословение Святого Щита и даже убить трех немцев Стрелой Света. Клинок Алексиса легко крошил тела врагов, рассекая их и отрубая конечности. Пули рикошетили от Щита и доспехов, поражая все тех же немцев. Хлещущая кровь стекала по латам, а взвод фрицев успешно превратился в груду порубленных тел. Из горящего леса выскочил бронетранспортер, но Омелла обрушила на него град мистических снарядов. Бронемашина взорвалась яркой вспышкой, поражая осколками врагов. Перекрывая шум боя, раздался усиленный магией голос Феникса.