Кейд уже осознал, что должен вернуться в Санктуарий, хотя до последней минуты гнал от себя эту мысль. Когда-то он получил от Санктуария дар, и вот пришло время расплатиться за него...

Кейд пришпорил коня и направился к главным воротам, в недостроенной стене. Он держался в седле легко и непринужденно, к тому же его конь отличался ровным шагом. Полы плаща были откинуты, выставляя на всеобщее обозрение богатое оружие. Один лишь меч Кейда стоил столько, сколько большинство жителей Санктуария не заработают за всю свою жизнь.

Кейд улыбнулся. Ему нравилось красоваться перед зрителями своим богатством и своими шрамами, которых у Кейда хватало, и на руках, и на лице. Кейд был чисто выбрит, и игравшая на его губах холодная улыбка только подчеркивала энергичные очертания подбородка. Конь Кейда размашистой рысью приближался к стене.

Стены города маячили впереди, дразнили Кейда, заманивали в уродливую утробу преисподней. Прочие путники проворно уступали Кейду дорогу. Они умели узнавать возможные неприятности. Возможно, на них производило впечатление телосложение Кейда, а может, его оружие.

Он вернулся домой, в Санктуарий. Он - Кейд, и он пришел, чтобы вернуть городу его дар. Он - Кейд, он едет прямиком в Ад, и единственный его спутник - смерть.

* * *

Сара бесцельно бродила по комнате, время от времени прикасаясь то к мебели, то к стенам. Сара не думала, зачем она это делает; в последнее время она вообще старалась думать поменьше. Остановилась, глядя на стену. Ей смертельно хотелось заплакать... нет, не заплакать - зарыдать, закричать, начать биться о стены и ломать все, что попадется под руку. Он ушел...