– Не на улице, а в магазине, – не согласился я. – Но ты же совсем другая… только глаза те же…

– Сны – это сны, – философски сказала Лана. – Там все выглядит не так… а вот волосы у меня действительно от природы рыжие, но у нас в моде глупые блондинки, поэтому приходится соответствовать.

Я неожиданно вспомнил, что обнимаю красивую девушку, да еще и лежа в своей постели.

– Э… как-то не верится, – пробормотал я, незаметно убирая свою руку со спины Ланы.

Почему-то провести это действие незаметно у меня не получилось.

– Ты что? – Лана внимательно посмотрела мне в глаза.

– Я лично хочу съесть свой новогодний торт, – неожиданно развеселился я, – и если ты поторопишься, то и тебе, может быть, что-нибудь достанется. Как-никак это мой законный новогодний подарок.

– Глупенький, – Лана ласково провела ладонью по моей щеке. – Это я твой новогодний подарок…

Прошла вечность, потом еще одна… прошла тысяча вечностей, и мы все-таки добрались до торта.

– Как же все-таки к тебе попала моя шаль? Да и как это вообще возможно… сниться друг другу? – тихо спросила Лана, неторопливо цедя горячий кофе.

– Лучше об этом не думать… – Я поправился: – Нет, мы, конечно, можем выдвинуть сотню-другую версий, но едва ли возможно найти доказательство хотя бы одной из них.

– И как я могла забыть все эти сны? – Лана сокрушенно покачала головой. – Каждый раз я просыпалась со странным чувством одиночества, но ничего не помнила. Почему?

Я пожал плечами.

– Кто бы знал… Эх, как же нам повезло, что мысль о снотворном пришла к нам одновременно.

– В смысле? – не поняла Лана.

– Ну… я хотел новый год встретить во сне, с тобой… но никак не мог уснуть. И пошел в аптеку за снотворным. У тебя, видимо, были те же проблемы.

Лана бросила на меня удивленный взгляд.

– Вообще-то нет. Я же сказала, что у меня мама попросила снотворное. О Господи, она же волнуется… – Лана стремглав бросилась в коридор к телефону.