— А как?

— Не знаю, но иначе. Здесь же ничего, кроме душ, нет. Вообще ничего! Хотя, сдается мне, мы просто еще не доехали до пункта назначения.

— Откуда ты знаешь? Может, так и надо.

— Нет, вряд ли. Что-то маловато тут народу… гм… слоняется. Вы же их тоже чувствуете?

— Ну, чувствуется что-то… неопределенное. Пустовато тут.

— Вот-вот. Спрашивается, где все?

— Кто?

— Да те, кто умер раньше нас. Пространство, в котором мы перемещаемся, если меня не обманывают мои ощущения, ограничено. Но здесь довольно-таки свободно. И что-то я сомневаюсь, что так мало народу умерло на планете. Скорее всего, то место, где мы с вами сейчас, является промежуточной остановкой…

— Не надо об остановках… — вновь напомнил о себе женский голос.

— Хорошо.

— Никаких «хорошо»! Не надо мне больше никаких остановок и вообще ничего не надо!

— Да ладно, ладно, не надо так не надо, — попытался успокоить ее шаман, — я теперь тоже остановки всю жизнь… в кошмарах видеть буду.

— Это если мы еще когда-нибудь будем спать, — Сергей был исполнен пессимистичных настроений, — но того гада надо бы все же прибить. Мих, ты точно до него ничем не дотянешься?

— Да я и не сумею. Чем мне дотягиваться?

— Ну да, ленишься просто, так и скажи.

— Да не нудакай мне тут! Сказал, не умею, значит, не умею. Дедушка меня ничему почти и не учил. И вообще нас всех вместе собрать у меня как-то случайно получилось.

— Точно-точно ничего ему отсюда сделать не сможешь?

— Точно.

— Жаль. Этот водила перекалечил треть всех эльфов нашего города. Нас вот вообще по асфальту размазал. Шумахер, блин, на самосвале «Формулы-1»!

— Угу. Зато мы узнали две важные вещи. Первая — бетонные плиты умеют летать. Вторая — когда на тебя такая падает, то боль почувствовать не успеваешь. Как там сейчас ребята, наверно, убиваются… Интересно, что говорят? Какие мы были хорошие и как рано ушли или какие мы были гады, что позволили себя расплющить вместе со всей своей экипировкой?