Раскатывался, гремел над городом голос Амоса, и Даник, забыв обо всем, как зачарованный внимал этим словам.

»…И показал мне великий город, святой Иерусалим, который нисходил с неба от Бога. Он имеет славу Божию…»

«Он имеет большую и высокую стену, имеет двенадцать ворот и на них двенадцать Ангелов…»

Даник ловил каждое слово Амоса и запоминал накрепко, навсегда.

»…Двенадцать ворот – двенадцать жемчужин… Улица города – чистое золото, как прозрачное стекло…»

»…И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца. Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни…»

«Древо жизни!» – Даник мысленно ахнул.

«…И ничего уже не будет проклятого; но престол Бога и Агнца будет в нем, и рабы Его будут служить Ему. И узрят лицо Его, и имя Его будет на челах их…»

И наступила тишина.

Амос сидел, закрыв глаза и опустив голову, и никаких знаков не было на челе его. Как и на челе Даника.

Даник встал и, навалившись грудью на ограждение лоджии, всмотрелся в улицу, вымощенную тусклым золотом. Вдоль улицы тек узкий мутный ручей, и нависало над ручьем, укрепившись корнями на обоих берегах, скрюченное засохшее дерево с обломанными ветвями. И не видно было на улице ничего похожего на престол.

– Ангелы… – пробормотал Даник и повернулся к неподвижному Амосу. – На воротах нет никаких Ангелов, я же там работал… Куда они подевались?

Амос поднял голову:

– Ангелы удалились вместе с Ним. Покинули святой Иерусалим, который и имя свое потерял. Мог ли Господь оставаться здесь вместе с нами… такими?..