Как только на консоли загорелся красный индикатор, означавший, что люк закрыт и загерметизирован, Хан дернул ручку на себя, и «Сокол» устремился в открытое небо, уворачиваясь от сгустков огня, которыми его забрасывали кораллы-прыгуны. Счетверённая пушка отвечала параллельными потоками зелёного света, ярко сверкавшими на фоне бушующего зелёного моря.

— Капитан Соло, он жив! — драматичным голосом воскликнул Ц-3ПО. — Мы все живы!

Хан облегчённо выдохнул и откинулся на спинку кресла, но рукоять не отпустил. Кораллы-прыгуны начали отставать. «Сокол» пронёсся над вершиной вулкана, сквозь плотные облака дыма и пыли, и помчался вертикально вверх на столбе голубой энергии. На экранах уже виднелись звёзды, когда на пороге кабины, пошатываясь, появился дженет, одна рука которого покоилась на плече Миуолх, а другая — на плече Ц-3ПО.

— Крепкий у тебя лоб, — заметил Хан.

Лея улыбнулась и посмотрела на мужа:

— Не только у него.

Хан скорчил сердитую гримасу, затем кивнул ногри:

— Отведи нашего гостя в переднюю каюту и сделай для него всё необходимое.

— Я принесу медпакет, — сказала Лея, вставая. Она положила гарнитуру на консоль и снова посмотрела на Хана. — Ну что ж, у тебя получилось.

— У нас получилось, — поправил её Хан и довольно потянулся. — Эта забава не надоест даже в старости, знаешь ли.

— По крайней мере, ты её ещё не перерос.

Хан посмотрел на жену:

— А ты что, разве переросла?

Она потрепала его по щеке:

— Ты опасен для самого себя и для всех, кто тебя окружает, но я люблю тебя, Хан.

С этими словами она вышла из кабины. Хан улыбнулся ей вслед.

Глава 4

Устроившись под навесом из листьев — единственном затененном месте на весь тюремный двор — йуужань-вонгский командующий Малик Карр велел двум рептоидам-чазракам, из лбов которых торчали коралловые импланты, обмахивать его опахалами.