- Морита! Что с тобой? - крикнул Симура испуганно.

Последние слова Мориты прозвучали очень странно. Это или какая-то уловка, конспирация, или... парень тронулся умом, не выдержав непосильной нагрузки. После долгой, мучительной паузы снова послышался тихий, неуверенный голос Мориты.

- Да... я... ну, конечно... - снова наступила пауза. Потом он сказал обычным тоном, словно сбросив с себя оцепенение: - Как там президент? Злится?

- Нет, в последнее время даже ласковым стал. Совсем прекратил орать. Очень меня это беспокоит, честно говоря, - пожаловался Симура. - Сам вроде бы утешает, мол, не спешите, ребятки, тише едешь - дальше будешь. А в голосе ехидство. Может, он на нас совсем рукой махнул, как ты думаешь?

- Все будет хорошо, - медленно произнес Морита. - Меня все время повышают. Еще две ступени - и я раскрою тайну, получу доступ к готовым изделиям. Недавно я обнаружил в глубине корпуса склад готовых изделий...

Вскоре Мориту перевели на новую работу - передвигать какие-то рычажки, потом дали более сложное задание. Симура чувствовал, что силы Мориты на исходе. Он совсем перестал выходить на связь, а когда шеф вызывал его, подолгу не отвечал. Очевидно, работа была изматывающей. Конвейер, пульт управления сложными приборами - это и в обычных условиях отнимает много сил. А тут еще сказались полная изоляция, оторванность от внешнего мира. Из пятерых рабочих, принятых вместе с Моритой, трое уже выбыли. Люди не выдержали нервного перенапряжения. Морита, очевидно, тоже был на грани неврастении. Симура очень беспокоился, но ничем не мог ему помочь.

Прошло еще десять дней. Десять дней гробового молчания. Начальник секретариата не снимал наушников, даже спал в них. И вот наконец он услышал напряженный, взволнованный голос Мориты:

- Завтра... Завтра я получаю повышение. Буду начальником отдела...

- Начальником отдела? - Симура отер со лба пот. Кажется, решающий миг наступил.