— О как!

— Да. Любопытен тот факт, что охлаждение воды, видимо, происходило не постепенно, а резко, лавинообразно, на что впрямую указывает характер подавляющего большинства археалогических находок: ископаемые животные, не подвергшиеся разложению, принявшие смерть в самых неподобающих для этого позах, часто с непереваренной или недожеванной пищей в желудке и во рту. Также в районах вечной мерзлоты находят хорошо сохранившиеся фруктовые деревья с плодами и листьями. Кстати, загадка, не дававшая покоя археологам — почему холодных районах находятся замерзшие животные и растения, по своей биологии не приспособленные к выживанию в таких условиях, — разгадывается именно благодаря нашей гипотезе о Потопе. Холод пришел внезапно, он застиг все живое врасплох. Захлебывающиеся в водно-грязевом растворе древние животные резко промораживались до минус пятидесяти — семидесяти градусов, и вот вам пожалуйста — вечная мерзлота со всеми археологическими подарками. Такой процесс, называемый глубокой заморозкой, широко применяется уже очень давно, лет как триста, в пищевой промышленности. Да и современные данные геологов относительно образования осадочных пород тоже подходят под нашу гипотезу. Я, с вашего позволения, не буду вдаваться в химические дебри, уж поверьте на слово.

— Сколько же всего сходится, — произнес глава Службы. По нему было видно, что он все-таки впечатлился сказанным. — На сколько вопросов нашелся ответ…

— Да. Подобных прорывов наука не знала давно. Может быть даже никогда.

— А как наука ответит на такой вопрос: неужели в один-единственный Ковчег поместились абсолютно все живые организмы, множество коих мы имеем сейчас на планете? И чем они там все питались все это время?