— Нет, неинтересно, и время тут ни при чем, при чем тут ваш галстук, — настойчиво произнес тот же голос.

Вот это была уже новость, такого над собой произвола Арольд не ожидал. Не веря ушам, он растерянно обернулся, из разжавшихся пальцев в густой ворс ковра, распадаясь, тихо ссыпалась стопка простыней.

— Какого черта, — пробормотал он.

— Ах да, виноват, мне показалось, вы произнесли вслух. — В кресле, спиной к окну, сидел неподвижный субъект в черном, — С вашим галстуком, знаете, такая морока!

— А вам-то он на что? — оторопело вглядывался Арольд, не различая у незнакомца лица. Нет, не то чтобы лица вовсе не было, оно имелось, но какое-то подразмытое, неуловимое, зыбкое. Обличье, а не лицо.

— Мне-то? — хмыкнул неизвестный. — Да на то, чтоб вы на нем ненароком не удавились. Смертный грех ведь, а?

— Не ваша забота! — огрызнулся Арольд, независимо сунув руки в карманы и все больше распаляясь. — И кто вы такой, черт возьми! А? По какому праву?..

— Я здесь по работе, и поверьте…

— Догадался уже!

— Нет-нет, вы не так поняли, вы напрасно, я не из Бюро. Я — ЭкзИм: Экзо, Имидж — Внешний образ, Экз-Им. Нет, не голограмма и не хронокопия. Как бы это поточнее? Дух, редактор Книги судеб, если угодно.

— А-а, редактор, значит, — натянуто улыбнулся Арольд, с облегчением опускаясь в кресло. — А что у вас с лицом? Вы, вообще, не лечитесь? Э-э, нет, я хотел сказать, вы в автокатастрофе там или еще где, н-нет?

— Нет.

— Ага, нет. Так, значит, редактор?