Молодой теладинец — его шкурка еще не утратила своей желтизны, а шестиконечные чешуйки жесткой кожи были узкими, как у только что вылупившегося птенца, — лежал, уткнувшись побелевшей от страха чешуйкой на лбу в какую-то светло-синюю спасательную пену, плотно облегавшую его, чтобы смягчить перенесенное им потрясение. Ему было трудно дышать, и все его три сердца стучали от страха тяжело и замедленно. Его тело впадало в непроизвольную каталепсию, которая досталась в наследство от далеких предков и о которой все уже давно забыли.

Нопилей (так звали молодого ящера) попытался что-то сказать, но тело оцепенело настолько, что его глотка судорожно сжалась и могла издавать только шипение.

— Гшшш! — вырвалось из глотки, когда он попытался позвать Инания, бортовой компьютер «Счастья Нианы».

Ледяной холод поднялся по его плавнику и впился в затылок. Что же случилось? Разве мощные щиты его корабля не должны были выдержать любое столкновение? Всепоглощающий ужас перед этой страшной несправедливостью придал ему на какое-то время дополнительные силы, так что он даже попробовал пошевелить правой лапой, несмотря на оцепенение и сопротивление окружавшей его пены.

«Похоже, столкновение не было таким уж незначительным», — предположил он, с трудом пытаясь расправить и снова закрыть плавательные перепонки своей правой лапы.

Как бы там ни было, а энергетические щиты его похожей на яйцо воздушной яхты израсходовали практически все запасы мощности из-за резкой потери высоты в атмосфере планеты. Израсходовали еще до этого столкновения!

Следующий порыв ледяного холода пронзил его, когда он подумал о своих друзьях, о звездной воительнице Елене Кхо и неутомимом шутнике Кайле Бреннане, об этих двух человеческих существах с овеянной легендами Земли, затерянной планеты аргонцев. Удалось ли им спастись?