— Вот и замечательно. — И Вексфорд направился в коридор — узкий проход, где стояли велосипед и ящик с пустыми бутылками. Пройдя в другой его конец, он постучал в дверь кухни-столовой. Колина Крауна там не оказалось. Его жена сидела на высоком стуле за стойкой домашнего бара, пила кофе и курила.

— С женщиной-констеблем ваша дочь, быть может, почувствует себя раскованней, — пояснил он Дебби.

— Хорошо, если бы так, но она ведь с родной матерью отказывается говорить…

— Скажите, как бы вы отнеслись к тому, что ваша дочь могла быть с парнем?

— Такого быть не может, — отрезала Дебби Краун, гася сигарету в блюдце. — Поэтому никак бы не отнеслась.

— Тогда я скажу иначе: могла ли она бояться вашей реакции на то, что у нее появился парень?

— Послушайте, нет у нее никого. Уж я бы знала. Я знаю, где она в любое время дня и ночи, я должна знать, она ведь… ну вы видите, какая она… За ней надо постоянно присматривать.

— И все же в субботу вечером она отправилась с подругами в Майрингем сама, причем туда они ехали вместе, обратно же ей пришлось добираться одной.

— Они не должны были так поступать. Я им тысячу раз говорила, чтобы они не бросали Лиззи ни при каких обстоятельствах. Я ведь говорила им, Лиззи…

— Девочкам всего по шестнадцать, миссис Краун, и они не всегда делают то, что им говорят.

Дебби сменила тему на более близкую ей.

— Но если она беременна, надо ее показать врачам, осмотреть. Вдруг он сделал что-то с ней, мы же не знаем.

— Думаете, ее изнасиловали?

— Нет, разумеется, нет. Уж это я точно знаю.

«Если у нее нет парня и ее не насиловали, то как она могла забеременеть?» Но Вексфорд не произнес этого вслух и направился обратно в гостиную. Постучав в дверь, он вошел в комнату и увидел там одну Линн.