Довольно о бароне Субботине. Будем надеяться, что кулак Привратника положил конец его пути, и его черный дух никогда не побеспокоит нас больше.

Вернемся в тот день, когда я, вдохновившись чтением «манускрипта Ману», решил отправиться в экспедицию на поиски Запретного Города.

Нельзя сказать, что мной двигало банальное тщеславие. Я ставил перед собой

высокую цель подарить людям знание о собственном происхождении и открыть для них Дверь в иные миры. В те дни я считал, что мне по силам изменить мир к лучшему.

Боже, друг мой, каким самонадеянным идиотом я был тогда!

Своими размышлениями я поделился с моим коллегой, берлинским профессором Магнусом Тойбером. Много лет мы с ним поддерживали переписку, обменивались статьями и в будущем собирались написать ряд совместных работ. Он знал о моей экспедиции в Гватемалу и был одним из первых, кому я сообщил о ее удивительных результатах.

Профессор Тойбер с воодушевлением отнесся к идее поиска Запретного Города. Более

того, он изъявил желание взять на себя часть расходов экспедиции и принять в ней личное участие.

Мне стоило быть осмотрительней в выборе компаньонов. История с Субботиным должна была научить меня осторожности.

Но как говорят гватемальтеки: «Мы живем, чтобы спотыкаться в собственных следах».

Парализованный калека, я все равно споткнулся еще раз. Я дал согласие профессору Тойберу.

Второго апреля тысяча девятьсот **** года наша экспедиция прилетела в городок Дансборо, откуда должен был начаться наш путь к Запретному Городу.

Не буду живописать все подробности нашего девятимесячного путешествия. Скажу лишь, что трудности, встретившиеся нам в джунглях – жара, москиты, болезни и нападения диких зверей – оказались ничем по сравнению истинной сущностью Вечитлана.

Города-склепа.

Города-ловушки.

Города-хищника.

Запретного Города «стеклянных людей».