– Стоп! – снова отозвалась рация. – Стопори! Дальше я сам!

Тонкий конец едва заметно задергался, потом вдруг ослаб и замер. Несколько секунд ничего не происходило, потом Мак сообщил:

– Я на дне! Мусора по колено, но никаких мумий тут нет. И близко. Как поняли?

Трэш повернулся к Виктору. Тот поспешно сдернул с его воротника микрофон рации.

– Как нет? Как нет?! Он должен быть там!

– Говорю вам, тут никого нет. Сто процентов. А вы штольню, случайно, не перепутали?

– Что?!

– Говорю, вы штольню, случайно, не перепутали? Может, он, оборонщик этот, свалился в какую другую?

– Да нету тут никаких других штолен! Стоп! А куртка там кожаная и брюки есть? Такие байкерские, с заклепками? И дыхательный аппарат?

– Нет! – после небольшой паузы ответил Мак. – Только тельняшка, рваная. Он не в тельняшке, случайно, был, когда упал?

– Нет! Тельняшка точно не его! Ты хорошо там посмотрел? Везде?

– Да!

– Тогда посмотри еще раз. Лучше!

– Да нету тут… – начал было Мак и вдруг умолк.

– Что? – тут же спросил Логинов.

– Так он, говорите, в кожаной куртке был?

– Да! А что?

– Да просто там наверху, метрах в десяти от пола, на арматуре кусок кожи висит. Я еще удивился, когда спускался…

– Так что ж ты молчал, твою мать?!

– А вы что, говорили мне насчет кожи перед спуском?..

18

– Ну чего, щелкать? – спросил Миха, держа перед собой мобильный Сэма.

– Да подожди ты, щас! – крикнула Зинка, поправлявшая свою челку. – Тьфу ты, зараза!

– Еще один момент, пожалуйста, Миха! – улыбнулся Сэм.

Он стоял перед кабиной мусоровоза в центре. Справа фотокомпозицию оживляла Машка с железкой в руке. Слева Зинаида боролась с челкой. Сэм в окружении этих дам просто светился от счастья, как будто фотографировался с принцессами.