- Да, нам пришлось немного его увеличить, - скупо пояснил Фэй. - Дополнительные суперхарактеристики. В то время как сам прибор в целом был чрезвычайно удачным, подсознательная эйфория оказалась слишком эффективной. Несколько сотен пользователей стали страдать прыгоманией. Мы сделали пощипывание более нежным и ослабили воздействие на подсознание - ты понимаешь, о чем я: "День ото дня я становлюсь все круче и все спокойнее". Но и после этого стабилизирующее воздействие все еще было желательным. Так вот, после конференции на высшем уровне мы решили объединить щекотун с регулятором настроения.

- Бог мой, - вмешался Гастерсон, - что, есть и такая машина?

- Конечно. Она годами использовалась на бывших душевнобольных.

- Никак не успеваю идти в ногу с прогрессом, - сказал Гастерсон, сокрушенно качая головой. - Отстаю по всем статьям.

- Пусть твой щекотун напомнит тебе, чтобы ты почитал обозрения Научной службы, - ответил ему Фэй. - Или просто вели ему просмотреть эти обозрения и... нет, это все еще на стадии разработки, - он взглянул на плечо Гастерсона, и глаза его округлились. - Ты не носишь новую модель щекотуна, которую я послал тебе, - произнес он с ноткой осуждения в голосе.

- Я ее не получал, - заверил его Гастерсон. - Почтальоны доставляют на поверхность почту и посылки, бросая их в высокоскоростные мусорные выталкиватели в надежде, что вихрь доставит их по нужному адресу. - И добавил, словно желая помочь: - Наверное, его украли русские, пока он пытался освоиться с обстановкой.

- Это не тема для шуток, - нахмурился Фэй. - Мы надеемся, что щекотун впервые в истории мобилизует весь потенциал" свободного мира. Гастерсон, тебе придется носить этот щелкунчик. Человеку теперь уже невозможно будет жить без него в современном мире.

- Может, я и буду носить, - успокаивающе сказал Гастерсон, - но сейчас расскажи мне о регуляторе настроения. Я хочу включить его в мой новый роман о безумии.