Если бы святой Антоний жил не в пустыне, а на рыночной площади, ручаюсь, бесы не терзали бы его столь рьяно. А ведь он был святым… Кстати, только ли проклятие виновато в безумии твоего крестного? Отчасти он сам себя до этого довел. И хорошо нам судить о страстях с позиции бесстрастия, тебе – по причине юности, мне – из-за принадлежности к общине и знаний – они ведь сушат душу. Нет, – она подняла голову, – здесь я уже достаточно сделала. Дальше я не пойду.

– Зато я пойду. – Кристина встала. – Не в этом, конечно, смысле. К отцу пойду. Он уже ждет.

– Тогда – счастливого пути.

У двери Кристина обернулась.

– Я очень мало поняла из того, что вы сейчас сказали. Но я буду над этим думать. Всю дорогу.

– Как хочешь, – сказала сестра Тринита. – Но лучше не надо.