– Извини, но только ты мне можешь помочь, — терпеливо продолжала Хельга. — В гвардейский ангар можно проникнуть через морской шлюз, с моря. Он не охраняется. Но надо нырнуть глубоко. Ты хорошо ныряешь. Яхту узнаешь сразу, там остальные — только гвардейские флаеры. В шесть утра у гвардейцев строевой смотр, и в ангаре никого. Яхтой управлять не надо. Как только ты закроешь фонарь, она сама выйдет к нужному месту. Это обычный ритуал. Сама я не могу пройти в ангар. Помоги мне.

– Так я тебе был нужен только как ныряльщик? — обиделся я.

– С утра да. Прости. И помоги. Если я не скроюсь из дворца…

– Ладно, не надо объяснять. Меньше знаешь, дольше спишь, — я, действительно, обиделся. — А кстати, нас ведь видят и слышат сейчас? Ты же сама про камеры говорила.

– В миндальной роще только визуальное наблюдение. Звук вчера поломался почему-то. Приходи утром к королевскому пляжу. Я предупрежу, что ты мой товарищ, и мы отныне вместе купаемся по утрам. Тебе надо проплыть к бую и нырнуть, проплыть под водой до скалы, а потом, второй раз — в глубину. Прямо у границы пляжа. Вода прозрачная, шлюз ты увидишь….

Утром Хельга ждала меня на спускающихся прямо к пляжу ступеньках королевского выхода. Её легкомысленный купальник не вязался с тяжелыми ластами и черной маской, которые я держал в руках. Поплевав на маску чтобы не потела, потратив много времени на вытряхивание песка из ласт, я сделал первый нырок — привыкнуть к воде. Высунул голову из воды и увидел, как Хельгу держат за руки непонятно откуда взявшиеся гвардейцы. Неслышимый из-под воды её крик опять и опять звенел над утренней бухтой — «Уходи, беги!». Среди гвардейцев двое были в полном подводном снаряжении, вооруженные угрожающего вида подводными метателями. Они ринулись в воду, за мной. Не раздумывая, я ушел в глубокий нырок, надеясь ещё доплыть до дока. Хотя понятно, что и там меня ждут. Щелчок спускаемой метателем стрелы стукнул по ушам и, оглянувшись в воде, я даже успел заметить стрелу…