Из машин выходили празднично одетые люди. В основном молодежь, все в заморских шмотках, знающие друг друга и сознающие свое особое положение в жизни. Собирались они, судя по всему, для какого-то действа в молельном доме, куда и устремлялись после приветствий и объятий. Краем глаза я заметил, что Сиримава уже обсуждает что-то с толстым в салоне машины. Ну, дай бог, получится у неё. Правда, мало верится. От праздных наблюдений меня отвлекли двое из собравшихся, которые вдруг направились ко мне. Полнеющая дама и девушка, скорее всего, её дочь.

– Ой, молодой человек, можно вас? — заговорила дама.

– Можно меня что? — удивился я.

Тут в разговор вмешалась дочка. Она была стройная, в светлом платье в мелкий цветочек. Черные вьющиеся волосы сколоты на затылке в узелок. Смущаясь, она ответила в тон моему вопросу:

– И поцеловать.

Не дожидаясь моего ответа, она скромно прикоснулась к моей щеке губами. От неё пахло свежестью, и прилипшая на её верхней губе скорлупка от семечка небольно царапнула мою щеку.

– Сима, ты, как всегда, хочешь смутить мужчину! — возмутилась дама. — Не приставай раньше времени!

– Что вы, что вы, я совсем не против, — улыбнулся я. — Так это все, что вы хотели от меня?

– Ну вы прямо шутник! А скажите, вы случайно не еврей? — Симина мама была разговорчива.

– Я случайно бы не позволил себе быть не только евреем, но и даже марсианином. Тут случайность невозможна.

– Не морочьте мне голову, мне же вас хорошо рекомендовали!

– Извините, давайте по порядку, — мне было почему-то интересно.

– Только не говорите, что не понимаете! — подмигнула матрона.

– А все-таки, чем могу быть полезен?

– Нам сказали, что вы можете позаниматься с моим мальчиком, братом Симы. Вас очень рекомендовали и говорили, что вы не откажете, — Сима молчаливой улыбкой демонстрировала, что она тоже очень хочет, чтобы я занимался с её братом.